Реклама в Интернет     "Все Кулички"
  Мы – нацыя!
 
 
Брама сайта arrow РЭПРЭСАВАНАЯ БЕЛАРУСЬ arrow Губіцелі душ arrow Алесь Цвик • «Дровосеки» • Рассказ

Алесь Цвик • «Дровосеки» • Рассказ Друк E-mail
11.07.2008 | 23:19 |

Алесь ЦвикМне было всегда грустно и неприятно, когда меня укладывали спать. Я оставался один, наедине сам с собой, с моими не по-детски горькими мыслями. Мой взгляд скользил по коричневой круглой балке, висевшей вдоль стены и другим концом прятавшейся где-то в черной дыре над русской печкой. Балка была старой и потрескавшейся, как сам дом, но блестела загадочным цветом красного дерева, так как была отполирована шершавыми крестьянскими руками моих дорогих стариков — бабы и деда за многие десятилетия их совместной жизни. На этом длинном шесте круглый год сушились лекарственные травы, грибы, какие-то корешки и прочая полезная зелень…

Волнами набегала дрема, но я каждый раз старался отодвинуть подальше страшный сон, чтобы опять не вызвать это тревожившее меня видение…

Грузовик с огромной будкой… на фоне черного распахнутого зева мой папа в белой в синюю полоску рубашке, в руках сетка, второпях набитая дрожащими мамиными руками и… взгляд, взгляд, который я вижу до сих пор — безумные вытаращенные глаза, а в них немая мольба… к нам, к Нему:

— Спаси хоть их! Люблю Вас уже навеки! Прощайте!

Предыстория этой трагедии страшна и нелепа, она вся пропитана ярой и слепой ненавистью ко всему живому теряющего свою инквизиторскую власть вооруженного до зубов отряда партии — чистейших и хладнокровнейших убийц железного Феликса! Эти гомункулы [1], взращенные на кровавых полях классовых сражений, никогда не выносили дневного света, все их делишки стряпались по ночам, когда нормальные люди спят, а миром правят чудовища и тьма…

Начало 50-ых. Тяжелые годы восстановления, каторжный труд миллионов и захлебывающиеся слюной черные радиотарелки в приветственном порыве Ему, Отцу народов, Вдохновителю и Организатору всех наших Побед!

В этом оре особо выделялся тенорок с сильным грузинским акцентом. Этот подонок из подонков в круглых стеклышках уже был близок к трону. Осталось чуть-чуть…и?! Только бы сварганить пару громких дел, лучше о заговоре против Него.

На фоне мирного строительства вдруг вспышка, выстрел из ночи, из-за угла… в Бога! Это впечатляет, остается в памяти, да и пищу дает — одному для мести, другому для карьеры!

Так, или почти так думал Лаврентий [2]: «Оттолкнуть других, закрепиться покрепче рядом, пусть и чужой невинной кровью. Напугать его! Ну, а с конкретикой будет в порядке. Добудем всё, что понадобится для тайного сценария. Только бы повод хороший, остренький какой-нибудь! В дворце же сижу? И интриги дворцовые должны быть! Нету, так придумаем!»

Кто-то, видимо, до сих пор мыслит, что там, наверху особые существа? И интеллект у них особый и культура намного выше! Ошибаетесь! Только оболочка, надеваемая, когда вниз к людям спускаться надо. А так, как свиньи — хрюканье, грязь кругом, сам в дерьме и другого туда со сладострастием толкает! Деньги — власть, власть — деньги! Заложить, подложить, забежать вперед, угадать быстрей, подешевле купить, подороже продать, кто поперек — уничтожить!!! Вот основа для лексического минимума правящего меньшинства! Не ленись, составляй дальше!

— • —

ДровосекиДежурный областного МГБ задвинул шторы на высоких стрельчатых окнах, закрыл дверь в холл, где за стойкой вахты подремывал сержант. Выключил верхний свет и, с хрустом потянувшись, устроился на старом кожаном диване. Настенные трофейные часы отбили половину первого ночи. На календаре было уже 4-го ноября 1952 года. День выдался напряженным, даже пообедать толком не успел. Приближалась годовщина Великого Октября, 35 лет Красной дате. Дежурному не спалось, годы давали себя знать. Бессонные ночи тридцатых, затем война в тылу врага. После, сплошные разоблачения немецкой агентуры, пособников, уничтожение банд — устал, смертельно устал от этой постоянной борьбы. Уже перейдя в дежурку, когда не приходил сон, иногда появлялись мысли — а с кем же мы боролись здесь, у себя? С немцами и их последышами? Понятно! А со своими?

Дядю и племянника своих не смог уберечь. А как любимая тетка кричала, стоя на коленях, как просила? До сих пор это в голове… Почему так жестоко? За два слова пять лет! А кто, сомневаясь, несколько слов сочинил? Того к стене. Потом самих же так прочесали, что из старых во всей Управе человек десять осталось! Следы заметали. Крупная рыба отдавала мелочь, чтоб самой уцелеть! Лучше об этом не задумываться. Учился же на врача, мог и дальше так. Людей бы не мучил, а лечил. Хотя разница в нынешние времена небольшая. Здесь под наркозом идеологии, там — закись азота [3].

Поставил чайник на электроплитку. Опять сел за стол. Закрыл пустой журнал учета происшествий. Под ним лежала забытая им ориентировка Центра с красным заголовком — «Сов. секретно, шифртелеграмма. От оперуполномоченных, обслуживающих открытые районы [4], до начальников республиканских, краевых и областных аппаратов МГБ СССР.

Срочно, до 5-го ноября 1951 года передать во все аппараты.

В связи с 35-ой годовщиной Великой Октябрьской революции, а также, выполняя указания нашего вождя, отца процветающих народов всей свободной страны Советов, генералиссимуса тов. И.В. Сталина по дальнейшему разоблачению врагов победоносного СССР, как внутри, так и снаружи социалистической державы, приказываю:

— утроить чекистско-классовую бдительность;

— направить все силы и средства на выявление, пресечение и уничтожение вражеских элементов, как внутри, так и за пределами могучей Родины;

— обратить особое внимание на выявление попыток организации центрального [5]

террора и со всей беспощадностью подавлять подобные замыслы…

— усилить…

— активизировать…

— уплотнить…

— организовать…

— внедрить…

— заострить…

— доложить…»

ДровосекиСтрочки начали путаться, мысли сбивались сами по себе в овечьи кучки.. и … …стадо, направляемое твердой рукой горского чабана…

Дежурный вздрогнул, прислушался — тихо, только часы мерно тикали, отсчитывая бегущее вперед и вперед неподвластное никому время…

Закись азота — N2O, средство для общего наркоза, «веселящий газ».

Открытые районы — где не было постоянно закрепленного опера НКВД.

Центральный террор — уничтожение советского руководства. В те годы предлог для кровавой расправы с людьми, сомневавшимися в гении Сталина и его слуг.

Вздохнув, поднял трубку аппарата «ВЧ» [6] и начал передавать по очереди во все 27 райотделов и отделений области эту галиматью.

— Алло, дежурный? Это из Управления, запишите шифровку из Центра.

— А это ты, Володя?

— Я, пока ещё я. А сам не на пенсии, Семен?

— Осталось мало, к лету уйду. Устал от всего, замаливать надо. Давай свою бл… шифровку.

— Ладно, по проводам особо не кричи…

— Алло? Это из Управления, шифровку запишите.

— Слушаю вас, лейтенант Слюньков.

— Новый значит? Смена? Как фамилия, говоришь?

— Лейтенант Слюньков я.

— Да…времена пошли. Фамилии как ругательства…

— Что вы сказали, не расслышал?

— Записывай, записывай, я много чего уже могу сказать, а ты пиши.

— Алло? Это из…

Вдруг зазвенел городской телефон. Странно, в такое время? Поднял трубку:

— Если вам дорога безопасность нашей Родины и её вождя Иосифа Висса…

— Дежурный Управления МГБ слушает. Пожалуйста, что вы хотите нам сообщить?

В трубке напряженно звенел, как бы собираясь вот-вот сорваться, женский голос:

— Вы должны немедленно стать грудью на защиту Отечества…

— Мы уже там стоим. Пожалуйста, по сути.

— Я эту суть хорошо знаю, хотя звоню вам первый раз. Здесь из окна на крыше азбукой Морзе передают шпионскую информацию на самолет.

— Может быть, но откуда вы знаете, что именно шпионскую…

— Вы со мной так не шутите. Я работала в годы войны на станции метро

«Комсомольская», в правительственном бункере, профессиональная телеграфистка 1-го класса. Как шифруются и как передаются сигналы знаю лучше многих и сама…

Вначале подумал больная на голову, но в беседу вводились всё новые и новые аргументы:

— Не думайте, что я умалишенная. Наблюдение за этим обьектом веду уже месяц, начала в октябре. Кроме того, я знакома лично была два дня с тов. Сталиным, так что шутки со мной плохи. Вы обязаны сейчас приехать, так как передача вот-вот начнется!

Она назвала адрес и попросила подьехать только со стороны двора, но не от парка, чтобы не спугнуть.

— Чем черт не шутит? — подумал, одеваясь дежурный. Взял кобуру с пистолетом и вызвал в дежурку сменного помощника, уютно дремавшего в своем кабинете на жестких стульях.

Оперативная «Победа» минут за двадцать домчалась до окраины большого  города. Поднялись на пятый этаж. В проеме открытой двери его ждала симпатичная женщина лет тридцати. Густая шапка совершенно седых волос никак не вязалась с хорошенькой фигурой и молодым лицом:

— Быстро, прошу на балкон. Смотрите в мой бинокль. Там за рекой и парком, на высотке дома Калининского района. Вот тот самый левый, на крышу, на слуховое окно! Сейчас два, через минуту начнет.

ДровосекиВ окуляр сильного бинокля вплыл пятиэтажный дом, стоявший поодаль от других. Нацелившись на крышу, увидел отчетливые световые сигналы, передающиеся азбукой Морзе — точка, точка, два тире, тире, точка, затем опять — точка, точка, два тире… Похоже, что кто-то из слухового чердачного окна сильным фонарем передавал в темноту какую-то информацию.

— Вот чертовщина? Первый раз за 36 лет службы такое вижу! — от волнения даже вспотела спина, — если разоблачу, то и орден не помешает к пенсии, — сладко

подумалось дежурному.

— Увидели? Что я вам говорила? — глаза женщины ярко светились, как у кота, обнаружившего в темноте жирную мышь, — это он, вражеский десантник или лазутчик, подающий сигналу своему шпионскому самолету.

— А где сам самолет?

— Сейчас, сейчас, — с каким-то злорадством прошипела наблюдательная телеграфистка.

В небе действительно раздался далекий воркующий рокот моторов. Да,

здесь не до шуток! На фоне ночного неба появился еле видимый черный крестик, летящий довольно высоко. Сигналы продолжались. Теперь различить азбуку Морзе было невозможно, сплошные синкопы [7] и непонятное чередование световых знаков. Определенно шифр. Вдруг самолет резко изменил курс и под углом в 35–40 градусов от старого повернул налево, на юг. Да…аа, заворачивается круто! Окошко помигало ещё полминуты и погасло. Всё провалилось в черноту.

Бдительная дама торжествовала:

— Это моя чекистская работа! Я уже не у дел, но считаю себя ещё в строю!

Мой долг помогать вам! Только не спугните! Знаю, молодые хлопцы, чик-чик, поспешите и птичка улетит. Я вам всю свою писанину отдам. Пробовала даже

расшифровать, но не всё получилось. Ваши справятся. Может чайку или покрепче? Если хотите посидеть, то не стесняйтесь, можно до утра, а утром встанем, я вас накормлю и вы поедете докладывать о жареной рыбке! Аа…ааа, ха…ха…ха! Идет?

— Да вы что? Т.е. я бы с удовольствием, но служба, вы же сами понимаете?

Адрес я ваш знаю. Приеду непременно для уточнений, так что не скучайте.

— Меня же сам Сталин знал и близко знал. Ах какой человек, божественный!

Этой же ночью была собрана оперативная группа и генерал с красными, то ли от сна, то ли от спиртного, глазами, четко поставил задачу:

— Найти, разоблачить и уничтожить! Раздавить как контрреволюционную гадину! Все за работу! Я остаюсь в кабинете, доложить завтра после обеда. Генерал встал и, дождавшись пока все вышли, направился в комнату отдыха досыпать. Две ночи подряд с необьезженной секретаршей давали себя знать. Организм требовал паузы.

Чекистская машина отдыха не знала. Всё было годами четко отлажено. Выставили два поста наблюдения. За окном с киносьемкой, и без оной за заявительницей, так на всякий случай. Через многочисленную агентуру, в том числе и на наблюдаемом обьекте, собрали характеризующие данные на всех 245 жильцов. Подозрения никто не вызвал. Родственников за границей ни у кого больше не было (у кого были, тех почистили на гильотине 30-ых). Контактов с врагами народа или пособниками империализма также ни у кого (враги с пособниками, равно, как и их связи из числа советского народа, уничтожены и в спешке неглубоко закопаны). Подозрительно настороженных к будущим результатам совстроительства не выявили (все громко и проникновенно, даже на своих кухнях, кричали: «Слава Сталину и его лучшему ученику Берия! Раздавим гидру империализма ещё несколько раз! Обнаружим и уничтожим всех, кто нас не захочет понимать!» Ещё раз и ещё раз прошерстили всех, даже малолетних по всем учетам, всем архивам, активным делам. Ничего! Катастрофа! Генерал уже доложил в республику, республика в Москву, Москва — Самому!!!

— • —

ДровосекиУставший от похвал и радиоперечня собственных заслуг, генералиссимус [8] вяло слушал Лаврентия и когда тот, заканчивая доклад, торжественно сообщил о проверяемом сигнале по шпионажу и центральному террору, отец всех стран и народов попыхтел трубкой, скосил свои рысьи глаза на менгрела и весело сказал: «Слюшай, кацо [9], ты мне пудру в мозги не засыпай, ха…ха…хаааа! Сделай что-нибудь красивое из этого шпиона-многостаночника. Старею я, шен генацвале [10], острое кушать не могу. Всё сациви [11] да мчады [12]. Врачи-евреи говорят — на манку этого грузина перевести нужно. Я их на другое перекручу скоро! Надоели они, умные, видишь, очень.

Сваргань хорошее острое блюдо из этого террориста! Думаешь я не понимаю, что это туфта — из окна по самолету фонариком, а потом по Сталину из рогатки! Срань это, ваши чекисты! Только и умеют, что жопу мне лизать, а потом наперегонки своих же расстреливать!!! Почти полстраны из-за своего тупого раболепия выкосили! Где же вы столько врагов нашли?

Я тебе конкретные фамилии даю, а ты армии и области тайком в леса закапываешь? Да, говорят, неглубоко и свидетели остаются? Смотри, пора уже вас опять чистить! А то меня не будет, скажешь приказы Сталина, как солдат, выполнял. А кровавого энтузиазма у вас больше, чем моих приказов! Не волнуйся, ты ещё останешься. Мне злые гении нужны!»

Берия вспотел от беспредельной ненависти к этому прыщавому подонку (сам он себя таким не считал!) и до боли сжал свои беленькие холеные кулачки.

— Сделай, Лаврентий, мне что-нибудь остренькое, старый организм уже просит. Только, чтоб никого не осталось. Понимаешь? Это главнейшее условие построения социализма на заданном мной этапе! Усиль этот ваш сигнал, придай ему хоровое звучание. Помнишь, как старые грузины пели — …долго я томи..и…ился и страдал, где же ты моя, Сулико? Пару корреспондентов Запада пригласи и наших овечек от прессы побольше. Напишут то, что нам надо, потом сам решай что с ними, меня не впутывай!

Да, чуть не забыл. Окраску придай посочнее, мол на Солнце…

— Какое солнце, Иосиф? Что ты уже заговариваться начал?

— Балда ты! На меня покушение! Солнцем я уже давно для этой срани стал! Выше нету! Хотя… Сделай, дорогой! Потом «Хванчкары» [13] выпьем с девочками из Большого [14], на столе потанцуют чуть! Ну, иди, устал я от всех, заработался.

Вот ещё, позови Хруща [15], пусть баньку приготовит. Кстати, телеграфистке Екатерине привет от Сталина передай. Скажи, хорошее Сталин не забывает. Грамоту ей дай. Не расстреливай. Пусть в женском народе молва обо мне и такая идет — мужик, мол, что надо! Сумасшедшая она. После той ночи совсем тронулась, ноги мне целовала, рыдала сутки…».

Сигналу было придано серьезное ускорение в сторону Сталинско-Бериевской острой кавказской кухни. Простые люди, жившие обычной трудной послевоенной жизнью, даже в дурных снах не видели и не подозревали, что вокруг них уже закрутились огромные колеса адской мельницы, приводивдившие в движение сверкающее отточенное лезвие партийно-пролетарской гильотины.

За всеми жильцами дома установили круглосуточное наружное наблюдение. Для такой массовой слежки были стянуты почти все филеры с областных центров и двух соседних республик. День и ночь, в мороз и слякоть, дождь и снег топали «топтуны» за послушными строителями лучшего в мире общества, проживавшими по воле судьбы в доме № 13 по улице Свободной. Опять ничего! Хоть бы маленький гоминдановский [16] шпиончик? И того нет!

Каждого взрослого жильца изучали со всех сторон перекрестным способом — один агент писал одно, второй — писал другое, а третий — писал уже на всех. Таким сверхнаучным способом добывалась обьективность. Потом же опер писал то, что ему было выгоднее всего и полученная информация приобретала к концу серо-коричневую кладбищенскую окраску.

На работе с обьектом изучения был особо вежлив сосед справа и завлабораторией, по дороге домой с ним культурно заговаривала спутница по переполненному трамваю, где, по странному стечению транспортных обстоятельств, именно рядом с ней оказывалось пустое место и его каждый раз прямо втискивали туда. Дома тоже покоя не было — соседи через два этажа снизу и из пятого подьезда, не сговариваясь, совали свои носы в квартиры изучаемых, настойчиво выцыганивая в час ночи то спички, то картофельную терку, а один, вовсе незнакомый, даже нагло попросил выпить вместе с ним. Воровато заглядывали в кухни, косили через плечо в зал и… приходили опять…

В конце концов нашли то, чего не было, нет и не будет! Не думайте, что это строчки из известного анекдота про зубы!!! Бывает, ещё как бывает!

От доверенного «П» получили информацию, что жилец подьезда № 3 Адам Иванов ведет себя независимо и гордо, с соседями по двору и подьезду здоровается редко, работает в библиотеке и носит с собой импортную кожаную папку. Оснований более чем достаточно для детальной разрабатки! Быстро со стороны квартиры старушки Авдотьи — архивной агентессы «Сквозная», ввинтили Адаму пару микрофонов в стену его однокомнатной квартиры. И… попали в шкаф со старой обувью! Тогда по просьбе соответствующих органов директор библиотеки дал задание Адаму пересчитать страницы полного собрания сочинений И.В. Сталина, а «Сквозную» с бутылкой водки и недоеденой хамсой опять выставили на мороз следить за булочной, куда якобы должны вот вот придти японские дипломаты. Теперь просверлили правильно. И… пошла… пошла информация!

Адам оказался не Адамом, а Аврамом. Правда, глубоко эшелонированную крепость по фамилии Иванов взять приступом не удалось… Главное, он возглавлял кружок по изучению «эсперанто [17]» в районном клубе глухонемых! Не все там были немыми, но зацепка для людей бдительных профессий была серьезной. Книжки всякие на непонятных языках, говорит дома сам с собой. Тыкая в то место, где микрофон в стенке, спрашивает: «Уот из зис? [18]» Потом, вообще ни в какие сани: «Ву мекуте, мадам? Ай фак ю! [19]»

Ещё удача — в ближайшем к шпионскому чердаку подьезде выявили другого жителя Грибовича Алика, 9 лет от роду, члена радиокружка при Доме пионеров. На квартирах Иванова и Грибовича сделали шмон, т.е. негласный досмотр. И что? Опять улики! У Адама списки лиц, якобы посещающих кружок. Все люди известные и к секретам государства отношение имеют. Зубной техник, учитель географии, инструктор по туризму, кандидат филологии, внедрившийся в Академию наук электрик и, конечно же, человек без профессии — художник.

Целое гнездо! Достаточно! Адам сведения у них незаметно собирал. Те ему их якобы охотно предоставляли, а папа Алика по воздуху на самолет передавал. Установили с помощью трепетных стукачей, что тот принес с радиозавода, с мусорки две старых лампы к недоделанному приемнику. Их негласно почистили и подложили еще несколько радиодеталей, чтобы на передатчик натянуть.

Неважно, что сыну только девять лет, с отцом в сумме больше будет, да и преступный сговор получается!

Неважно, что забыли сам чердак проверить и засечь того, кто светил!

Неважно, что весь экипаж самолета загубили, летевшего, не подозревая, над собственной могилой!

Был добыт запланированный результат и для хиреющего организма кавказского Батоно [20] подготовлены ещё порции свежей крови!

— • —

ДровосекиПрошло несколько месяцев…

Осень, кости ломит. За окнами дачи глухо шумят мокрые ели, да ветер стучит в окно уже осточертевшей веточкой.

— Сорок раз говорил ему, этому дураку Поскребышеву, чтобы дерево спилил. Забывает у кого служит! Может задумал что? Возраст у меня преклонный, да и со здоровьем неважно. А, это ты, Лаврентий? Садись, кацо! Говорить будешь?

— Да особых новостей нет. Вот шел мимо, смотрю у Иосифа свет горит, а ведь три часа ночи? Думаю, зайду, чайку попьем.

— Ох, врешь! Хотел убедиться жив ли я? Хитрый ты, но и я не дурак!

— Ну что ты, Иосиф, совсем подозрительным стал? Всех под одну гребенку. Так нельзя. Рядом кто-то должен же быть?

— Ара, ри!!! [21] Рядом, но не за спиной! Не путай! Чтобы видел меня во весь рост, а не целился сзади! Понял?

— Ки, батоно, ки! [22] Понял! Обязательно понял!

— Ну, что у тебя нового?

— Вроде бы после той операции по шпиону пока тихо, все интеллигенты как мыши. Ручки поднимают единогласно, в партию начали сами гурьбой вступать! Никто и не думал, что столько лет после твоей Победы в стране лазутчики вражеское гнездо совьют. Полезная профилактика!

— Перестарался ты, как всегда! Горячий ты, менгрел! Сколько хороших невинных людей загубил? Целых три подьезда…

— Так я же…мы же запланировали…

— Меня, прошу, кацо, никогда никуда не вмешивай! Головой думай. Себе дороже будет! Будь умней. Рассматривай ту беседу, как партийное задание по оздоровлению обстановки на Родине, а не как ошибки вождя. Делал ты, а я только рассуждал. Ты же юристом должен быть, хотя, где ты учился? Как и я, недоучка!

Забыл я тогда тебе сказать, что заявительница твоя полная шизофреничка после встречи со мной стала. Я уже тогда это распознал. Видишь, берегла себя, дэвочкой была! Знаешь для кого? Ха…ха…хааа! Для генералиссимуса Сталина, е… её…м…! Вбила в голову отдать своему вождю свою дэвственность. Для этого закончила на «пять» школу, потом курсы телеграфисток при твоем вонючем НКВД, работала в бункере на «Комсомольской». Там и увидела своего небожителя! Раньше я ещё ничего был, теперь как старый облезлый кот. Подскочила: «Дорогой, любимый…, как понесла!

Глаза горят, волосы шикарные, фигура хороший. Ну я через Скребка [23] пригласил на «Дальнюю» [24]. День вместе провели, ну а свою задачу она все-таки решила!

— Ну, а дальше то как, Иосиф?

— Не торопи, менгрэльский жеребец! Через положенный срок рожать собралась, но кому, нахрен, ещё один Сталин нужен? Тут одного страна еле на себе держит. Кесарево сделали, сказали мертвый был. Плакала она, на стенки лезла, хотела с собой кончить. Горячка послеродовая. Приказал ей пенсию дать и подальше от Москвы. Хорошая была, ночью говорила, ради меня на смерть пойдет. Враги ей уже тогда вокруг меня мерещились. Вот и вам наплела.

— Как? Но там же сигналы были?

— Ты же нихрена не узнавал по этим сигналам? Я ради любопытства и, чтобы тебя немного перепроверить, попросил людей на этот чердак сходить.

Сходили. Потом мне письмом донесли. Когда вечером в доме включали общий свет на лестницах и площадках, на чердаке загоралась обычная лампа с жестяным абажуром. Там постоянно сквозняки были — управдом стекла воровал. Лампа, раскачиваясь, замыкала, а вам, оболдуям, шпион показался. Самолет же обычный, пассажирский в Мин-Воды. Эх вы! Подьезд перестрелял и летчиков-героев сгубил.

Да не бледней! Шуму хорошего наделал! Польза и для страны и для её сраного населения. Орден тебе дам за исполнительность! Только это качество должно быть у слуг моих! Пока оно у тебя есть, беспокоиться нечего! Что делать, кацо? Лес рубят — щепки летают! 

 

Малюнкі аўтара

 

 



[1] Гомункулы (в понимании автора) — кошмарные существа, появившиеся на свет в результате политических опытов над своим народом большевистских лидеров. Внешне люди, внутренне — хищные холоднокровные монстры.

[2] Лаврентий Павлович Берия — менгрэл (нац.меньшинство в Аджарии, р-он Грузии), с 1938 по 1953 нарком, министр НКВД, лучший ученик Иосифа Виссарионовича Сталина по организации невиданных по масштабам и жестокости репрессий своего же народа. После смерти «Хозяина» спешно расстрелян без суда и следствия своими же сообщниками, заметавшими следы.

[3] Закись азота — N2O, средство для общего наркоза, «веселящий газ».

[4] Открытые районы — где не было постоянно закрепленного опера НКВД.

[5] Центральный террор — уничтожение советского руководства. В те годы предлог для кровавой расправы с людьми, сомневавшимися в гении Сталина и его слуг.

[6] ВЧ — высокочастотная телефонная связь, исключавшая в то время подслушивание.

[7] Синкопа — резкое смещение ритма.

[8] Генералиссимус — высшее воинск. звание. В СССР его имел только И.Сталин.

[9] Кацо (груз.) — мальчик.

[10] Шен генацвале (груз.) — дорогой друг.

[11] Сациви (груз.) — блюдо из вареных кур с ореховым соусом.

[12] Мчады (груз.) — кукурузные лепешки с сыром посредине.

[13] Хванчкара — любимое красное грузинское вино И. Сталина.

[14] Хрущ — Никита Сергеевич Хрущев, организатор репрессий на Украине, «денщик» Сталина в быту, инициатор политической «оттепели» после 1956 года и экспериментов в сельском хозяйстве и экономике.

[15] Большой — Большой театр оперы и балета в Москве.

[16] Гоминдановский — режим Чай-Кан-Ши на острове Тайвань (ранее Формоза, рег. Китая).

[17] Эсперанто — международный искусственный язык. Создан в 1887 г. Л.Заменгофом.

[18] Уот из ис? — что это? (англ.)

[19] Ву мекуте, мадам? — вы меня слушаете, мадам? (фр.). Ай фак ю! (неценз. англ.) — я вас…

[20] Батоно (груз.) — господин.

[21] Ара ри (груз.) — да нет же.

[22] Ки (груз.) — да.

[23] Генерал Поскребышев — начальник личной охраны и секретарь Сталина.

[24] Дальняя — название дачи И. Сталина.

 
« Папяр.   Наст. »
БелСаЭс «Чарнобыль»

НАВЕЙШЫЯ ПУБЛІКАЦЫІ :

Сяргей Панізьнік. Палуба Калюмба
ТВОРЫ | Пісьменнік і час


  Згодна з легендай, якая ходзіць за акіянам, амерыканскі кантынент адкрыў 500 гадоў таму мораплавацель -- нехта народжаны на нашай зямлі у дзяржаве Вялікім Княстве Літоўскім. Наш зямляк, паэт Янка...
Васіль Якавенка: "Пакутны век". Да 10-годдзя выдання
КНІГІ | Нятленнае


Фільм, зняты Уладзімірам Каравацк ім ў 2007 годзе, аб чытацкай канферэнцыі ў Мінску па кнізе-трылогіі беларускага пісьменніка Васіля Якавенкі "Пакутны век", упершыню апублікаванай у 2006-м годзе. Мантаж відэа ў 2017...
Васіль Якавенка: Б’е набатам інерцыя чарнобыльскай безадказнасці!
ДЗЯРЖАВА І МЫ | ПостЧарнобыль


Ён заўжды быў і застаецца чарнобыльцам – ад пачатку нараджэння Зоны. Дзе ў зоне ж адчужэння апынуліся яго родныя Васілевічы. Пасля былі шматлікія падарожжы па забруджаных радыяцыяй раёнах. У 1991-96...
“Крывіцкія руны - ІІ”
КНІГІ | Нятленнае


Крывіцкія руны : вып. ІІ, беларускі культурны мацярык у Латвіі. / уклад., прадм., камент. М. Казлоўскага, С. Панізьніка. - Мінск : Кнігазбор, 2017. - 452 с. ISBN 978-985-7180-05-9. У том выбраных твораў «Крывіцкія...
Глядзець вачыма будучыні
ТВОРЫ | Пісьменнік і час


Шмат гадоў назад у газеце "Голас Радзімы" (№ 50-52, 30 снежня 2004 года) была апублікавана гутарка сябра ГА "МАБ" Веранікі Панізьнік з прафесарам факультэта германістыкі і славістыкі ва ўніверсітэце канадскага горада...
БелАЭС: чаго баіцца МАГАТЭ?
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Беларуская АЭС


Астравецкая АЭС цалкам адпавядае стандартам МАГАТЭ, сцвярджае афіцыйны Менск. Са справаздачаў экспертных місіяў гэтай арганізацыі ў Беларусь, аднак, вынікае іншае. На думку агенцтва, Дзяржатамнагляд Беларусі - няздольны забяспечыць бяспеку...
Ярослав Романчук: Беларусь медленно, но верно избавляется от нефтяного проклятья
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Экалогія


Конфликт с Россией вокруг цены на энергоресурсы избавит Беларусь от нефтяного проклятья и, если не помешает АЭС, вынудит инвестировать в зеленую экономику и в развитие возобновляемых источников энергии. Как заявил...
Правда ли, что на самом деле Путин - богатейший человек в мире?
ДЗЯРЖАВА І МЫ | SOS-паралелі


После 17 лет пребывания у власти российский лидер владеет "состоянием в размере 200 млрд долларов, 58 самолетами и вертолетами, а также 20 дворцами и загородными виллами" "Возможно, российский президент Владимир...
Пралегамены да канструявання беларускага нацыяналізму
АДВЕЧНАЕ | Гістарычны матыў


Анатоль Астапенка У кожнай сучаснай дзяржаве кожнынармальны грамадзянін ад пачатку нацыяналіст. Быць нацыяналістам - гэта нармальны стан чалавека. Чалавека без свайго нацыянальнага пачатку на Зямлі проста не існуе. Кожны нараджаецца альбо...
Творчыя арганізацыі патрабуюць перагляду Пастановы №7
АДВЕЧНАЕ | Гістарычны матыў


ГА "БАЖ", РГА "Беларускі ПЭН-цэнтр", ГА "Саюз беларускіх пісьменнікаў" звярнуліся ў Міністэрства культуры з просьбаю патлумачыць чаму гэтыя арганізацыі не ўвайшлі ў спіс творчых саюзаў. Разам з тым іншыя...
Литвинизм и Белая Русь
АДВЕЧНАЕ | Даследаванні


Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ В российской прессе появилась статья минчанина, кандидата политических наук Николая Малишевского (1977 г.р.) «Литвинство и Белая Русь». Автор в традициях сталинизма лишает Беларусь и беларусов права на свою...
РЕАЛЬНАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ «ПУТИНЛЭНДА»
ДЗЯРЖАВА І МЫ | SOS-паралелі


На Западе много десятилетий тому назад придумали парк аттракционов под названием «Диснейлэнд». Задумка была оригинальна и проста одновременно: каждый обыватель «западного рая» (при наличии небольшого количества «баксов» в кармане)...
Член-карэспандэнт НАН Беларусі Аляксандр Лукашанец прапанаваў меры па падтрымцы беларускай мовы
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Палітыка


У Беларусі неабходна прыняць меры па падтрымцы нацыянальнай мовы для забеспячэння рэальнага раўнапраўя дзяржаўных моў у сітуацыі двухмоўя, зацверджанага Канстытуцыяй. Такое меркаванне выказаў на прэс-канферэнцыі 17 лютага першы намеснік дырэктара...
Удзельнікі акцыі ў Бабруйску выставілі ўльтыматум уладам
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Палітыка


У Бабруйску 26 лютага на мітынгу супраць дэкрэту № 3, які адбыўся на цэнтральнай плошчы горада, прыняло ўдзел больш за 1000 чалавек. Распачаў мітынг і быў яго вядоўцам сустаршыня Беларускай...
«Круглый стол» с тремя неизвестными. Чапай думу думает
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Палітыка


Вопрос о будущем одного человека должен уступить место вопросу о будущем всей страны. Митинг возмущенных «тунеядческим» декретом белорусов завершился мирно, и Александр Лукашенко, улетевший в Сочи, получил возможность спокойно подумать....
Пресловутый «русский мир»
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Палітыка


Вадим Деружинский   Уважаемые коллеги! Не смог промолчать, видя, какой дурдом вы тут обсуждаете. Некий господин Костян С. И. называет себя «председателем Белорусского славянского комитета». Поскольку славяне - понятие сугубо...
Алег Трусаў. «Гісторыя сярэднявечнай Еўропы (V–XV стагоддзі)» [Паноўлена]
КНІГІ | Нятленнае


Гісторыя - гэта навука аб развіцці чалавечага грамадства. якая вывучае мінулае чалавецтва ва ўсёй яго канкрэтнасці і раз-настайнасці. У сувязі з гэтым гісторыя складаецца з сусветнай (усеагульнай) гісторыі і...
Краснасельскі краязнаўца
АДВЕЧНАЕ | Асоба


Мінае 80 гадоў з дня нараджэння (11.01.1937) Верацілы Міхася, сына Уладзіміра з пасёлка Краснасельскі ў Ваўкавыскім раёне. 40 гадоў прайшло, як я пазнаёміўся з магутным краязнаўцам, дасціпным гумарыстам-фалькларыстам, рэстаўратарам, нумізматыкам,...
если бы Вы стали президентом Беларуси
ДЗЯРЖАВА І МЫ | Палітыка


Вадим Дзеружинский ПОЗИЦИЯ. По поводу вопроса "Главный вопрос к Вам: если бы Вы стали президентом Беларуси, то какие бы вы предприняли действия для процветания этой крайне бедной природными ресурсами...
+ + +
Брама сайта | Галоўная старонка


...
Joomla! Ukraine

КОЛЬКІ СЛОЎ НА БРАМЕ САЙТА :

Народ і нацыя: Колькі слоў на Браме сайта
|


Шаноўныя, перад вамі спроба адкрытай і шчырай размовы пра найбольш важнае і надзённае, што даўно паўстала і востра стаіць перад нашым народам, цяпер — асабліва, — ратаваць сябе ў супольнасці, у суладдзі, берагчы і развіваць творчы дух народа і нацыі. Я ведаю, што гэтыя словы і тое, што за імі стаіць, дойдзе далёка не да кожнага розуму,...
Інстытут Нацыянальнай Памяці (ІНП)
|


Памяць народа – перадумова для далейшага яго развіцця ў грамадзянскай супольнасці і выканання ім ролі крыніцы ўлады і крыніцы дзяржаўнасці. Інстытут Нацыянальнай Памяці (ІНП) ёсць грамадзянская ініцыятыва па выяўленні і раскрыцці найвыдатнейшых старонак беларускай гісторыі, абароне этнакультурных каштоўнасцей і выкрыцці злачынстваў супраць свайго народа, калі б яны ні былі ўчыненыя. Ніжэй прыводзяцца і іншыя вытрымкі з палажэння Аргкамітэта...
Joomla! Ukraine

Новыя каментары :

КОЛЬКАСЦЬ ПРАЧЫТАНЫХ СТАРОНАК 
з 1 снежня 2009 года

КОЛЬКАСЦЬ НАВЕДВАЛЬНІКАЎ САЙТА 
mod_vvisit_counter Сёння 18
mod_vvisit_counter Учора 1642
mod_vvisit_counter На гэтым тыдні 4924
mod_vvisit_counter У гэтым месяцы 32357
Каталог TUT.BY