В чем единство?
08.11.2016 | 15:19 |
Александр ЗеличенкоАлександр Зеличенко, «Эхо Москвы»

Хорошая штука единство. Только в чем? В ненависти ко всем миру? В желании всех переиграть?

В радости по поводу еще одной разбомбленной школы? В сириянаш? В любви к вождю? В  умилении очередной лжи? В деланье вида, что этой лжи веришь? В придумывании себе истории, которой никогда не было? В поклонении очередной пошлости? В  постных лицах в день разговения? В бескультурье, как российском фирменном знаке?

Единство народа нельзя устроить искусственно. Можно провести по Москве Зюганова, обнявшегося с  Жириновским и Мироновым, но от этого единства не прибавится. Можно и больше - устроить общую паранойю по поводу какого-нибудь очередного крымнаша. И это не  сделает народ единым.

Единым народ делает другое - общая идея. Но не просто идея, а идея будущего. И не просто будущего, а будущего привлекательного. И не просто привлекательного, а  привлекательного для высшей части души - хорошего будущего, или, как говорили коммунисты, светлого.

Есть ли что-то такое сегодня? И близко не видно. Есть Проханов, восхищенный патриотическо-мистическими ягодицами Хирурга. В них он видит символ нашего будущего. (И, может быть, он не так уж не прав: место, в которое мы въехали и куда продолжаем углубляться, не  случайно вызывает ассоциации с мистическими ягодицами.) Есть лоснящийся, холенный Кургинян в супер-дупер-модном костюме, призывающий отказаться от бездуховной колбасы и еще более бездуховных хот-догов и перейти на патриотическую брюкву. Есть и  еще целый паноптикум медийных персон, то призывающих запретить вспоминать про личную жизнь одних царей, то ставящих памятники другим, то требующих снести памятники третьим. Что еще есть? Ну, еще есть фрондирующие мыслители, главная мысль которых «Дураки вы все!», хотя, может быть, не так уж и неверна, но в объединяющие идеи тоже годится мало.

Ну, вот вроде бы  и всё. Больше ничего нет. И, значит, все разговоры про народное единство не  стоят ровным счетом ничего. Какое там единство, когда сам факт жизни народа собрались утвердить указом? Без указа он, народ, оказывается, уже и жить не желает. Отдельные люди - да, конечно, а народ - нет.

Что это - смерть?

Мне тут вот какая песенка припомнилась. «Министры - шулера, король - дурак. Шуты, шутя, играют в короля. Но Франция жива, и о-ля-ля! И живы мушкетеры короля». Очень оптимистичная песенка. Только вот - насколько она имеет отношение к нашей «Франции»?

Как ни странно - имеет. Конечно, мы засыпали свою реку самым злопахнущим мусором. Так засыпали, что уже и не поймешь - не то есть река, не то нет, не то река, не то болото. Но  ключи, питающую народную жизнь, не перестали существовать. Просто вся вода от  них сегодня только напитывает землю, превращая ее в грязь, в болото - среду обитания змей и лягушек, на которой кроме камышей и осоки и расти ничего не хочет. Да и не может.

Но реки иногда начинаются и так. Как - и цветы.

Что делать? И это известно: прокладывать русло. Очищать его от всего мусора, который его захламляет. Это в меньшей степени относится к людям-мусору. А в гораздо большей - к мусору в головах. Причем, перед тем, как начать заниматься чисткой чужих голов, нам нужно почистить собственные.

Здесь у нас особенно скверно - ни мыслей, ни понимания, кто мы такие, ни понимания мира, в  котором мы живем, ни понимания направления нашего пути, ни даже понимания, что путь этот существует. Вся наша ментальная продукция сведена либо к «Обама - чмо!», либо к «Обама - чмоки!». Не слишком богатый теоретический базис для продуктивной работы социального проектирования.

Сгнить  - наша рыба, начиная с головы, уже сгнила. Теперь, начиная с головы, пора излечиваться.